Vadim Deruzhinsky » Пн май 28, 2007 1:25 am
А как же наш комментарий, который как раз повторяет многие эти возмущения? Приведу его, чтобы не быть голословным – нетрудно увидеть, что мы говорим то же самое (N11 2007). Вы читали его или нет?
ТЕЛЕГОНИЯ И БЛУД
Артем ДЕНИКИН
«Аналитическая газета «Секретные исследования»
Едва в печати появились сообщения на тему телегонии, как ее тут же подхватила РПЦ Москвы: мол, телегония доказывает пагубность блуда и необходимость наказания за свободный секс. Мол, караул.
Но я не верю в искренность этой «заботы о нравственности» со стороны конфессии, которая служит не Богу, а Государству и русскому империализму, оправдывая агрессивные войны царизма и СССР. Например, РПЦ Москвы до сих пор не осудила нападение СССР на Финляндию или вторжение в Афганистан как нарушение заповеди «Не убей». И если Церковь не осуждает убийства и разбой в отношении соседей, а наоборот благословляет русский шовинизм на преступления против соседних народов, то как можно верить в осуждение какого-то – вот мелочь! – блуда? Увы, Церковь в России себя давно дискредитировала, став опорой сначала царизма, а затем и большевизма, то есть – став придатком власти.
Священники заявляют, что заповедь Бога «Не убей» утрачивает силу, когда власти заявляют о желании напасть на соседей-христиан и разжиться новыми территориями. Например, когда царская Россия, воодушевленная перспективой присоединения Балканских территорий и турецких проливов, развязала Первую мировую войну, напав на Германию и Австро-Венгрию, Церковь благословила шовинистов. Ну а если эта же власть прикажет не убивать христиан, а просто блудом заниматься? Церковь тоже это благословит? Почему нет? Объявит по традиции, что с момента указа властей заповедь «Не прелюбодействуй» временно «не действует». Ибо раз можно убивать христиан-соседей с благословения Церкви, то смело можно нарушать и другие несравнимо второстепенные заповеди.
Церковная демагогия о блуде выдает, на мой взгляд, обыкновенное мракобесие и восходит к древним временам Орды-Московии, когда женщин, по восточному обычаю, держали в теремах-гаремах и заставляли носить чадру. Церковь воспринимает женщину не как человека, а как принадлежащую мужчине вещь, которая должна быть «чистой».
Следует вспомнить, что Московская религия – это никакое не православие, а родившаяся в Орде вера, которая от христианства отличается возведением Государя в статус Бога на Земле, плюс имеет множество восточных заимствований. Например, в Московии периода Ивана III, Василия III, Ивана IV и Бориса Годунова цари изображались на фресках как ровня Иисусу Христу, был установлен жесткий сухой закон, и даже при царе Алексее Михайловиче Романове сбривание бороды считалось глубочайшей ересью и жестоко наказывалось. Московиты при встрече друг с другом говорили «Салом» и носили восточные одежды, в том числе обувь с загнутыми носками, так как, согласно восточной традиции, боялись случайно задеть носком землю – вместилище праха предков. Терема-гаремы, чадру и бороды отменил только Петр I, он же допустил женщин в храм, так как до этого в Московии женщины, по восточной моде, не считались обладающими душой и не допускались в Церковь (молились вне храма, у его стен).
Забавен сюжет в рамках «социальной рекламы» на белорусском ТВ: там про Евфросинию Полоцкую говорят, что она – первая канонизированная в святые женщина на Руси. Но что авторы сюжета понимают под «Русью»? Очевидно, только Беларусь и Украину. Евфросиния Полоцкая принадлежала не Московской Церкви, а РПЦ Киева – там женщины душой обладали, а у РПЦ Москвы не только не было ни одной святой женщины, но женщины даже в храм не допускались. Одним словом, в риторике московских священников проглядывается вовсе не рвение за чистоту нравов, а старое ордынское отношение к женщине как к принадлежащему мужчине предмету обихода. Ибо мужчине дозволяется иметь нескольких сексуальных партнеров, а женщине – нет.
Непонятно, почему человек обязан всю жизнь жить только с одним сексуальным партнером? А если любовь кончилась? Или ее вообще не было, а только казалось, что была? Я против сексуальной распущенности, но человек имеет право влюбляться вовсе не один раз в жизни, а много раз. Во всем должна быть своя мера, и казарменный аскетизм тут просто нелеп.
И самое главное: абсолютно не понимаю, почему ТЕЛЕГОНИЯ у священников и многих исследователей темы подается как негативное явление? Да, при селекции смешивание элитных пород с «некачественными» - это негатив. Но мы-то, люди, вовсе не являемся предметом селекции и не делимся на «породистых» и «непородистых». Все равны. Но нет: священники РПЦ Москвы в своих статьях о телегонии с осуждением пишут: мол, у белой московской девушки родился негритенок. А разве негр – это не человек? Что за расизм? А ведь негр А.С. Пушкин куда «породистей» будет, чем та «московская девушка» и все московское духовенство. Может быть, от этой телегонии родится у девушки новый Пушкин – кто знает?
Церковь, не разобравшись в явлении, по своему невежеству стала всем внушать мысль, что сохраняемая в женском организме при телегонии память о первом партнере – якобы запечатлевается при коитусе. Причем, кое-кто писал, что даже «презерватив не спасает». Это полная чушь.
На самом деле у человека телегония проявляется только при сделанном аборте – когда новая беременность не «стартует с чистого листа», а как бы продолжает в чем-то предыдущую искусственно прерванную беременность. Если не делать абортов – то никакой телегонии и не будет. Вот и вся тут нравственность – избегать аборты от разных партнеров.
Теперь о телегонии у животных. У них абортов не бывает, а телегония проявляется совсем в ином контексте. Обратите внимание, что телегонию наблюдают селекционеры, выводящие ту или иную искусственную породу, противоестественную для вида. Вид – вещь до какой-то меры «растяжимая» и подобна резине: путем селекции можно вывести урода, но при скрещивании с нормальными особями он почти мгновенно возвращается в видовую норму. Так вот признаки телегонии у искусственных пород – это проявление общевидовых качеств, и соитие с нормальной особью вызывает у породистой самки-урода сдвиг к этим общевидовым качествам. А именно: связь с непородистым самцом оставляет у породистой самки часть утраченных ею видовых качеств, и объясняется это, на мой взгляд, предельно просто.
Дело в том, что вид – вещь не только до каких-то пределов растяжимая, но одновременно – крайне устойчивая и прочная. Сама Природа была обязана вложить механизм возврата к общевидовым качествам, без которого виды вообще не могли бы существовать и стали бы смешением мутантов, бесформенной кашей. Так вот телегония как раз и является тем природным механизмом, который сохраняет видовые качества от мутаций, что и проявляется в этом эффекте: соитие самки-мутанта с нормальным видовым самцом ведет к утрате усилий селекционеров. Как и на каком уровне это происходит – пока неясно, но абсолютно понятно, что именно это является основой прочности видов.
С человеком история иная: мы не являемся продуктом работы селекционеров, а потому соитие не ведет к утрате каких-то «породистых качеств», то есть нам не грозит телегония в ее понимании селекционеров как вырождение породы. Поэтому негатив в отношении телегонии у человека, который у селекционеров переняли попы, кажется абсурдным и нелепым. Как говорится, эти господа слышали звон, да не знают, где он. А ведь запугали-то как невежественные мракобесы – одна девушка после статьи священника о телегонии в газете «Правда» писала в письме: «Я теперь, увидев в транспорте негра, стараюсь не коснуться случайно его рукой – вдруг родится черный ребенок». Хочется посоветовать впечатлительным людям поменьше читать поповской и иной сектантской литературы – ничего хорошего для нормального человека там нет, кроме всяких фобий: от ксенофобии до разнообразных страхов и суеверий.
. Трахались все и всегда. Мы не знаем, с кем спали наши дедушки и бабушки, прадедушки и прабабушки. О каком сохранении вида можно говорить вообще?
